Инна ЖЕЛТОВА. Сила таланта и трансформации

Инна ЖЕЛТОВА. Сила таланта и трансформации

В «руках» у Инны Желтовой побывали очень многие. Актеры, писатели, фотографы, гражданские активисты, политики, социальные работники, режиссеры, музыканты, скульпторы, художники, садоводы, пекари, эко-активисты, народные мастера, создатели различных сайтов – всех не перечислить, и все они награждены каким-то удивительным талантом. Наверное, это отчасти и становится критерием, по которому Инна выбирает собеседника. У неё к этим людям «накопилось», есть куча вопросов, удивлений и желание узнать больше.

 

Все её беседы – штучные. Потому что, по сути, Инна не берет интервью. Она общается, просто разговаривает с друзьями или тем, кто интересен. Такие вопросы вполне могли бы родиться во время уютной беседы на кухне за чаем или за бокалом вина в кафе. Но пришло время поговорить и с ней. Потому что и сама она – талант. Который, к тому же, обладает силой трансформации.

 

– Инна, обычно вопросы задаешь ты. Каково это – очутиться по другую сторону барьера? Волнительно? Или досадуешь, что приходится выделять на это время, которого и так мало)

 – Радуюсь. Наконец-то, спросили )))). Пусть это и на родной площадке Талента. То есть, меня время от времени о чем-то спрашивают, но так, чтобы это было не ограничено по теме, по формату, по количеству знаков, – так не получается. А мне есть, что сказать. Так кажется, по крайней мере.  И, кстати, возможно, я смогу ответить на вопросы, которые некоторые хотели бы, но не решаются мне задать. Берегут. Или стесняются.

 

Давай поговорим о том новом направлении, которое несколько лет назад вошло в твою жизнь. В последние годы ты стала серьёзно заниматься травами и натуральными, оздоровительными продуктами. Авторские чаи, необычные уксусы, приправы, оливковое масло на травах. Этот переход от чистой журналистики к такому необычному занятию был чем-то обусловлен?

– Я уже как-то говорила, что для меня лично журналистика себя исчерпала. Всё, что мне было интересно получить, достигнуть, я получила и достигла. Дипломы, грамоты, поездки, интересные СМИ, любимые жанры, редакторство, и не в одном издании. При этом, редакторство никогда не было самоцелью. Редактором чего? – только так интересно. Исключительно для того, чтобы обеспечить максимально творческий процесс для всех и пробить направления и темы. Для меня журналистика – это творчество. Заметка тоже может быть красиво написанной. Но я давно не видела красивых заметок.  Я вижу одаренных и даже талантливых профессионалов, вынужденных делать то, что им изначально было противно. Не о том мечтали. Кто-то привык. Кто-то, мне кажется, и вовсе забыл, что он талантлив, и мне, глядя со стороны, горько за него; за то, что мог написать, но не написал, и за то, что сейчас приходится строчить. Деньги надо зарабатывать, какие вопросы. В общем, я не вижу сейчас тех изданий, которым бы я подходила. Talenthouse. Но это особая история.

– Те, кто тебя знают, как журналиста, не удивляются, что в последние годы видят тебя в несколько другой ипостаси? Вот, допустим, не виделась ты с человеком лет 5-8, а он пришел на эко-ярмарку и увидел тебя со специями, травяными чаями, айвовым уксусом – это точно может вызвать вопросы. Как люди реагируют?

 – «В несколько другой». Деликатная формулировка. Конечно, удивляются некоторые. Мне кажется, кто-то делал вид, что не узнал. Одна художница – я обожаю ее творчество и в свое время написала неплохой очерк о ней, и она ко мне относилась соответственно, – по-моему, была в шоке, и сделала вид, что не заметила ).  Кто-то,  наоборот, восторженно отреагировал, и, верю, это было искренне.

И как реагируешь ты? Прошло ли уже то время, когда ты, возможно, испытывала чувство неловкости, желание объяснить, что этот переход был логичным, плавным, что решение созрело не в одночасье? И вообще было ли чувство неловкости? Страшно было?

– Было и страшно. И чувство неловкости. И желание слиться с озером за спиной, когда стояла на первой ярмарке. Утонуть в справочнике лекарственных растений, когда был Рождественский ярд. Да о чём я? И сейчас кто-то из близких людей может царапнуть. Хотя, свои-то уж точно понимают, что это – не торговля. Торговля – купить оптом рис и продавать в розницу. Съездить в 90-е в Турцию – и привезти оттуда баулы дубленок. Продажа, как действо, и как деятельность – она для таких, как мы, на последнем месте. Ладно, на предпоследнем. На первом – встать с правильными мыслями. И с любовью. Можно мне не верить, но это правда. Я в дурном настроении не работаю с травами. Потому что мне, например, важно не то, сколько купили, а кто и с какими мыслями этот человек сейчас пьет наш чай. Мне хочется, чтобы его тревога улеглась, настроение поднялось. Поэтому так благодарна каждому доброму сообщению.  Поэтому летаю, когда пишут, что нравится. Но, повторюсь, я не могу, да и не хочу объяснять суть нового состояния каждому.

Ведь что у меня, что у людей одна и та же проблема. Нас как-то по-дурацки воспитывали. Учись хорошо, а то пойдешь в ПТУ. Не поступишь в институт, станешь поваром. А как дворниками и пастухами пугали? Я, например, выросла в абсолютном убеждении, что пастухи непременно со справкой об умственной отсталости. Позже я прочла пару таких очерков о пастухах, что теперь мне стыдно перед всеми пастухами вместе взятыми. Хотя, наверное, среди них много таких…. Скажем, недалеких людей. Но разве мы не видим таких же недалеких среди юристов, учителей, врачей, архитекторов, и, опять же, журналистов? Да полным полно.

То есть, изначально был обесценен труд очень многих людей. И стих Маяковского, который мы учили наизусть, «Пусть меня научат» – он такой, для поддержания общего настроя на пути строителя коммунизма; но не все профессии были важны, намекала, а то и прямым текстом говорила нам среда. В токари – удел, а не радость выбора. Пойди ты или я, или любой наш друг или знакомый в токари или кондукторы, сколько бы слез пролили наши интеллигентные семьи?

Хотя, когда создавался Талент,  мы уже тогда хотели писать именно о талантах любого проявления. Потому что для меня вопрос спорный, что лучше – быть посредственным редактором, коль мы сегодня говорим и о журналистике, или прекрасным кондитером, создающий шедевры, унылым учителем или парикмахером, к которому выстраивается очередь. Нет, не спорный. Для меня однозначно вторые варианты имеют ценность. Но для многих, нашего поколения, а особенно поколения наших родителей, наверное, лучше быть унылым учителем.

 

– И, кстати, как на самом деле происходил этот переход? И закончен ли сам процесс?

 – Постепенно. И я не знаю, где, в какой точке его завершение. И как это должно выглядеть.  Возможно, это неправильно. И я пока затрудняюсь сказать, в чем больше сегодня хобби – в DOMnMoraru или в моей журналистской практике? И где иллюзии застилают правду жизни. Я романтик, и это не совсем прилично в моем не самом нежном возрасте, и это мешает, но быть другой не хочется, да и не умею я. Хочу думать, мы идем туда, куда должны прийти, и ветер, хочу верить, дует в наши паруса.  

– А что семья? Муж, дети, мама. Да и друзья?

 От детей самая активная поддержка. Особенно от Дани, старшего: он поддержал, и продолжает поддерживать финансово, и слова находит ободряющие, когда думаешь, что все могло бы быть быстрее. Норка Викушка – вообще соучастник, и без ее волшебного пенделя и всецелой поддержки (все, что мы видим сегодня – кружочки, надписи, фотографии – это все она однажды придумала и сделала), возможно, ничего и не было бы. И работала бы я сейчас, стиснув зубы, в газете, страдая от формата, и вспоминая красивые времена журналистики. Муж. Да без Юры вообще ничего бы не было.

Он свой первый уксус сделал, когда мы еще в Кишиневе жили. Не то, чтобы совсем ЗОЖники, но к правильной еде всегда тянулись. Все уксусы, кроме экспериментальных партий на травах, – его рук дело. И травы он выращивает, а не я. Я подаю идеи. Сушу травы. Сочиняю чаи и приправы. Общаюсь с людьми. Пишу посты. А десятки литров уксуса и все разнотравье на грядках – на нем. Мама. Хм, смирилась. Как и свекровь. «Не для того ребенка я растила-учила», – это громко слышалось в многозначительном молчании, иногда и сегодня.  Но, кажется, чистое материнское «чем бы дитя не тешилось», а еще больше, некоторые наши результаты, примирило с реальностью.

Друзья, спасибо им большое, поддерживают. Нам важно каждое ободряющее слово, потому что иногда трудно. Но самое ценное – это то, что они пьют чаи, пользуются приправами, уксусами, Любаша поэтические посты про чаи сочиняет, Наташка Синявская лечебные зелья пользует, я вроде как авторитет для нее! :))), и это дикий восторг )) И когда вдруг долго ничего не заказывают, я начинаю нервничать. Что не так? А друг Саня Васильев вообще стал соучастником нашего проекта. Такие уксусы иногда делает, я тебе скажу! А травы как научился сушить!

 

– Расскажи о своем любимом уксусе) Понятно, что для тебя это прозвучит примерно, как просьба рассказать об одном-единственном любимом писателе или художнике)) Но всё же. Один-два самых любимых. И почему? До тебя я всегда уксус воспринимала как нечто далеко не романтичное – ну, совсем утилитарное и не очень вкусное. Ну, нужен иногда. Но не вкусно и пахнет противно. Теперь же это один из волшебных ингредиентов наших блюд, да и запах не раздражает, а стал ароматом.

 –)))))))))))))). Хорошо. Это грушевый, айвовый, новый, названный детоксом, яблочный на бузине, винный на котовнике и базилике… А! Обязательно шелковичный. Алычовый.  Но, видишь ли, дело в том, что они разные еще и в зависимости от материала. Вот позапрошлого года алычовый был такой красивый, карамельных оттенков. А в этом так себе, а часть вообще не удалась и пришлось вылить. Знаешь, сколько приходится выливать, если что-то не по вкусу? Жалко до слез, объемы-то малые. Например, сливового сделали 12 литров, три – долой. Или винный: купили 30 литров, из них треть в компост, потому что не запустился нормально процесс, мы же не заводик, когда сыпанул бактерий в специальный аппарат – и тебе через сутки сотня литров). То есть, можно что-то придумать, конечно. Но это точно не про нас.

 

– А как ты выбираешь, из чего его делать? Виноградный, яблочный – это понятно. Это классика. А вот как решаешь, что нужно совместить ежевику и смородину? Как появилась груша и айва? Это чистые эксперименты или где-то немного подсмотрено?

 – О, спасибо за «подсмотрено». Сейчас меня уведет… Раны и шрамы ) Ладно, подсматривают. А когда просто берут и повторяют? Нет, конечно, я не могу никого ни в чем обвинять, но, честное слово, так печально, когда у людей не хватает фантазии создать что-то свое. Придумать фишечку, только тебя отличающую. Когда мы вышли к людям с «Теплым вечером» и «Мятной поляной», на полках или у травников в сетях были исключительно «Сборы травяные». Витаминные, для печени, тонизирующие, успокаивающие, легочные и так далее. Сейчас уже не чаи, а сплошь поэзия. Прежний антигеморройный сбор стал «Песней ветра». Я утрирую, конечно, но по факту…

Я что хочу сказать? Вот делала Натка Минунатка свои прессованные чаи. Не чаи – произведения искусства, Моне с Ренуаром. Мне в голову не придет повторить. Потому что как-то неловко, стыдно мне будет, если кто-то подумает, что я подглядела и стырила. Пусть даже Натка временно эти чаи не делает. Или делает Аурика Гузун сиропы и настойки. Интересно? Интересно! Но мне кажется, что, если я сделаю сироп из сосновых шишек, это уже дурной тон. Я имею в виду, если сделаю, как что-то такое от DOMnMoraru. Да, я делаю лекарственные настойки. Но зайдите ко мне на страничку – их там нет. Хотя, я дарю их своим друзьям – тем, которые мне доверяют )).

Еще мне в голову не придет сказать, что мы первые стали делать…. Если мы не первые. Понимаешь? Да, с ягодными и всем многообразием фруктовых, вариациями травяных, пожалуй, мы первыми вышли в люди.  Но натуральный яблочный? Нет, не мы. Как и не скажем никогда, например, что мы первыми сделали травяной чай, потому что задолго до нас составляли свои композиции – лечебные или для удовольствия – Алена Полонская, Антонина Токаренко, Оля Черная, Натка, Нина Добровольская. Их много, и у этих прекрасных женщин есть, чему учиться.  А ведь кто-то после нас приходит и интонациями пророка вещает, дескать, смотрите, что я принес миру.

Это, наверное, другая крайность, грех гордыни, но мне претит повторить. И если мне предлагают что-то сделать, сразу ежом иголки выпускаю. Это что ж получается? У меня иссякли идеи, и я чью-то идею выдам как свою, пусть даже мне ее великодушно подарили? Конечно, тут еще момент: как мне это предложить. Вот прибежала Олечка Букс и просто сказала: хочу вот такое у вас покупать! Я это расценила скорее как просьбу, как вызов, но не как совет. И тогда другое настроение. Но всякий раз рассказываю историю появления этого уксуса.

Конечно, заимствование идей и стиля – дело привычное, я еще в золотую свою пору журналистики видела, как тырят не только рубрики и темы, а словесные обороты. Мне пишут: слушай, смотри, под вас косят. Я вздыхаю. Косят. С другой стороны, наверное, должно быть приятно. Как говорит Викушка, «это же хорошо, что у людей хороший вкус» )) И мило, когда вместо антигеморройного звучит «Песня ветра», но когда вокруг сплошь поэтические названия, то, мне кажется, это уже какая-то профанация первоначальной идеи, не о травах речь, а о состязании в лирике. Может, я не права. Но так и хочется сказать: ребята, вы же умные, придумайте что-нибудь свое, я в вас верю.

А теперь ответ )))))) Ферментированные чаи – это то, что заимствовала. То есть, не я придумала скручивать и отправлять на брожение листики, а увидела в интернете, изучала в разных источниках и продолжаю это делать, экспериментируя. Уксусы – только то, что приходит в голову. Понятно, что то, что приходит, иногда давно существует. Однажды, лет 12 назад, мы прочли рецепт яблочного уксуса по доктору Джарвису. Но есть же воображение. И оно говорит тебе: эй, а как же груша? А смотри, что у нас в саду! Мы уже сделали пару ягодных уксусов – так, эксперимента ради, пару литров каждого, просто интересно стало, а потом я загуглила «уксус из клубники», и, помню, первое, что увидела – целую подборку уксусов, кажется, на хлебопечке.ру, но там заливали ягоды столовым, чего мы, конечно, категорически не делали и не будем никогда делать.  А подглядывать – скучно.

 

– Расскажи про ваш яблочный уксус. Он ведь сильно отличается от магазинного. Что там такого, что его можно даже по утрам пить с водой вместо лимона, и это вкусно и никакой изжоги?

 – А что про него рассказывать? Есть несколько рецептов,  можно по Джарвису, можно чистый сок отправить на брожение, можно на сахаре, можно на меду, главное, не падать в обморок при слове «сахар», потому что некоторые уксусы и не сделать, если сахар не положить. Хоть немного, он потом все равно переработается. Важно понимать, что пить натощак можно любой натуральный не пастеризованный уксус. Я как-то трактат J написала на эту тему, с отсылками на научные исследования. В расстройстве, что народ зациклен на яблочном. Любой уксус имеет массу полезных свойств, наследуя во многом полезные особенности самого фрукта или ягоды. Травы усиливают эффект. Точнее, уксус – один из «растворителей» свойств трав.

И иногда лучше «работает» уксусная вытяжка, чем экстракция в воду. Магазинные… Там либо дешевые, с ароматизатором «яблоко», либо таки из натурального сырья (как правило, это сердцевины яблока), ферментировавшиеся с помощью уксусных бактерий для скорости процесса. Но проблема натурального уксуса из магазина в том, что он фильтрован и пастеризован. Это стандартные требования. Он может благороднее звучать в салате, кстати, но практически бесполезен для наших организмов. О себе скажу, что пью любой, что стоит на полке.

 

 

– Давай немного отойдем от темы уксусов и чаёв. Ни для кого не секрет, что ты давно вышла за рамки журналистики. И если уж хватаешься за свою розовую клавиатуру для интервью с кем-то или рассказа о чём-то, то, в общем-то, никто особенно не ждёт от тебя крикливого журналистского расследования или азартного обличения несправедливости. Ждут портретов интересных собеседников, тонкого наблюдения за какими-то событиями, местами и людьми. Тебе всё еще интересно этим заниматься? И есть ли кто-то, к кому ты годами пытаешься подступиться, но что-то мешает.

  Интересно. И будет интересно. И пытаюсь подступиться… Скорее, хочу, но не складывается. Например, в наших театрах есть много актеров и режиссеров, о которых я давно хотела бы написать очерки. Джордже Петрару, Нелли Козару, Слава Самбриш, Луминица Цыку, да их много, талантливых. И собрать в сборник. С красивыми фотографиями. Когда-то эту идею, правда, не актеров, а танцоров балета, предложила фотограф Вика Прада, мне она очень понравилась, но… Как всегда, не хватает времени.  А художники? Педагоги? Те же танцоры? И даже некоторые политики? – перечислением потенциальных героев можно заниматься долго.  В Молдове масса слабых мест и недостатков, больше, чем где бы то ни было, и мудрости не хватает, но, мне иногда кажется, в качестве компенсации Господь отвесил щедрейшую порцию талантов – поразительно талантливый, во всех возможных направлениях, народ у нас.

 

– А вот скажи, если бы ты решила написать книгу, то какой бы она была? О чём? О ком? О каком времени? Месте? Может, ты даже знаешь, какой бы жанр и стиль выбрала.

 – Я как-то прочла, что талантливый писатель придумывает, а не талантливый пишет о том, что видит вокруг. Мне интересно писать о том, что я вижу вокруг. Если следовать этому определению, то, возможно, мне и не стоит писать. Но, право, мне лично интересны книги, в которых подлинные истории и характеры.  Та же моя обожаемая Рубина. Я прочла почти все, что она писала. И поймала себя на том, что ее роман о ее первых годах в Израиле «Последний кабан из лесов Понтеведра» гораздо милее, дороже мне, и ярче, в конечном итоге, чем, например, покоривший поначалу «Почерк Леонардо». И перечитываю я ее биографические произведения. Может, мне не стоило бы заниматься самоедством, и писать о том, что близко? Ведь за кого из нас не возьмись, мы все – такие персонажи, с такой историей, и ее вплетениями в чужие судьбы, не так ли? Но простят ли меня мои близкие и подруги? )))

 

– Мы можем надеяться на то, что когда-нибудь ты будешь готова представить сборник рассказов или роман более широкой аудитории?

  Болезненный вопрос. Прям очень. Я стольким людям обещала написать. Маме, Юре (он даже беседку построил для этой цели), Евгению Дмитриевичу Доге (он сказал, что это будет грех на мне, если я не стану писать, и я уже чую эту тяжесть), Саше Лебедеву, журналисту, уехавшему в Москву, и вырвавшему из меня это «честное слово, Саша!», и еще не одному десятку хороших людей. Тебе обещала, или просто молча кивала головой? :))

Но во мне масса комплексов (да кто я такая???), и вечный дефицит времени (когда?! Нам бы день простоять, да ночь продержаться). А потом… Написал. Издал. А дальше что? То есть, я хочу спросить: а какая конечная цель появления на свет той или иной книги? Счастливы ли авторы, у которых книги вышли, но их никто не читает? Сколько в этих устремлениях тщеславия? Сколько – попытки, пусть и удачной, реализовать себя, не находя других авансцен? И сколько действительно подлинного — острого, непреодолимого, не убиваемого желания писать? Я не знаю, что тебе ответить, но хочу сказать, что надеяться надо всегда. Я на себя надеюсь.

– Возможно, я ошибаюсь, но, читая интервью, которые ты делаешь на страницах своего проекта «Talenthouse.md», мне кажется, можно проследить смещение интересов в твоей жизни в сторону экологии, более ответственного отношения к окружающей среде, людям. Несколько лет назад чуть больше внимания уделялось художникам, театрам, искусству. Что изменилось? Стало ли для тебя одно важнее другого? Или же это своего рода результат наблюдений, анализа накопленной информации, которую вот сейчас удается сформулировать лучше, чем это могло быть сделано пару лет назад?

  Это интересное наблюдение, потому что мне оно не очевидно. Хотя, если подумать, так оно и есть. Я вошла в сообщество людей, которые делают много полезных вещей для сохранения нашей земли, ради нас же. Можно сколько угодно говорить, но делать – это совсем другое, а еще и учить кого-то – вообще здорово. Я приведу один маленький, совсем маленький пример, но он дорогого стоит. Тамара Шкепу, человек, который делает огромное количество полезных дел для нас, живущих здесь, похоронила зимой свою маму. Трагедия. Но, знаешь, о чем эта удивительная женщина написала в своем посте в те дни? Она попросила НЕ приносить пластмассовые венки и цветы. Она написала, в какую свалку при кладбищах они потом превращаются, и с ними ничего нельзя сделать. Она попросила об этом жителей села Каприяна, где их дом. Она обратилась в фейсбуке.

Это было сделано так аккуратно, без пафоса и надрыва, простая просьба с объяснениями. Меня это потрясло. Не только это. Не только она. А какие невероятные девчонки в EcoVisio – это же тоже выбор? То есть, это те люди, о которых не пишут. Или пишут, но гораздо реже, несравнимо реже, чем о политиках, о певцах, блогерах и, прости господи, инфлюэнсерах ). Потому что у таких времени писать нет, хотя и надо бы – они созидают в реале. Учат, учатся, пашут на всех фронтах. И если возможно у нас будущее в светлых тонах, то только благодаря им – это мое глубочайшее убеждение. А, значит, мы должны о них рассказывать.

 

– В единственном интервью, которое я прочла с тобой, ты рассказала о своих снах. Были в них и политики, и мистика. А как сейчас – за последние годы появилось что-то новое в снах?

 Если коротко, то я растроИлась, потом меня было четверо, я была травой, ветром, рыбой в ухе, сваренной из другой рыбы, недавно была каплей, которая никак не может упасть с тетрадного листка, кристаллизуясь в воздухе, и это попытка за попыткой, и очень утомительно…ииии… сейчас всего не вспомню, но иногда по утрам я хожу, и сама себе, как Киса Воробьянинов, говорю: «Однако!!!».

 

– Задам непростой вопрос. Наверняка, слегка болезненный. Проект Талентхаус. Ему уже десять лет. Ты его не бросаешь, хотя возможности регулярно заниматься им нет. Я знаю, что вся эта сложная работа делается абсолютно на добровольных началах. Без спонсоров и вообще без денег. Почему? И что это лично для тебя – своего рода «чемодан без ручек, который тащить тяжело, а бросить жалко»? Или же возможность самовыражения, площадка для того, чтобы писать на темы, которые тебя интересуют, о людях, которые тебе интересны? Вообще связаны ли с ним какие-то твои личные амбиции?

 – Непростой, чего уж там. Личные амбиции? Точно, нет. Наверное, если бы я была одна, совсем одна, я бы не справилась. Но я ведь не одна, нас ведь трое, а то и больше, потому что иногда нам пишут, нас читают, нас поддерживают. И в такие моменты, когда ты понимаешь – читают!! Да, материал собирает в пять раз меньше лайков, чем пост о еде или о котике, но все же его читают!! – ты думаешь: да, без ручки, но как, как его бросить?

– С появлением интернета появилось больше возможностей связываться с теми, кто раньше был менее доступен, например, с теми, кто давно уехал из Молдовы. На сайте есть интервью с поэтами, художниками и другими людьми, с которыми ты даже не встречалась. Это для тебя плюс или минус? И как часто ты сейчас берешь интервью не вживую, как раньше, а онлайн? И есть ли особая разница?

 — Я так рада, что есть он-лайн, потому что это по нынешним временам спасение.

Да, есть люди, с которыми нужно только вживую. НО и они уже привыкли к видео-конференциям в зуме, да и я привыкла к интернет-общению. Это дает дополнительные возможности. Тем более, что многим интересней отвечать письменно – они так лучше открываются. Хотя, есть и свои изъяны. И, конечно, никакое интервью не состоится, если ты не видел картин, не слушал песен, не смотрел игру, и так далее.

 

– А бывает ли так, что ты готовишься к интервью, продумываешь вопросы так, чтобы в ответах сложился полноценный портрет собеседника, а собеседник не отвечает на какие-то из них? Настаиваешь или пытаешься создать максимально точный образ из имеющихся ответов? Это же не рассказ, не очерк, а диалог – как в таких случаях поступать?

 ))))))))) бывает. Я, конечно, забрасываю вопросами, вот как сейчас забросала ты меня. И если что-то упустили, то это чаще всего не проблематично. Но если мне не хватает, то я настаиваю. А бывает, что человек просто написал то, что счел нужным. Мимо вопросов. И тогда я могу подстроить вопросы под ответы. Конечно же, это если речь не о нем самом, а о каком-то его деле. Немного не то, чего бы я хотела, я должна «танцевать» партнера, а не наоборот. Но… я позволяю саму себя оправдывать, и делать скидки на времена и условия, приближенные к боевым .

 

 

– Давай вернёмся к травам. Напомни, сколько лет ты уже занимаешься чаями, уксусами и приправами? Я помню, что в самом начале и по мере развития – как и любое дело, которое нам нравится, – это вызывало у тебя огромный энтузиазм. А сейчас огонь ещё остался, удалось его сохранить в процессе прохождения через самые разные мелкие и крупные препятствия? Не становится ли это рутиной?

 Энтузиазм есть. Масса идей. Как моя мама говорит: «Сначала я переживала, что у тебя своруют рецепты и мысли, а теперь понимаю, что за тобой не поспеть».  Вот с цифрами у меня так себе. Таленту, между прочим, было не девять лет, как мы написали на страничке, а десять. И с ДОМнМорару та же история. По-моему, четыре года точно. Основные препятствия – отсутствие времени, достаточных денег для внедрения новых идей ))))) и лояльности государства к тебе. Видишь ли, мне пока не хочется, чтобы наши чаи и уксусы стояли в магазинах. Этот формат, в котором обезличен автор, и нет обратной связи, мне не ложится как-то на душу. Душа – она хочет именно мануфактуры. Но как относится наше законодательство к мануфактуре? Вроде не категорически против, но с массой препятствий и условностей, которые отравляют тебе настроение.  Возможно, я не права в своем романтическом восприятии того, что мы делаем, но я смотрю на Юру, на Саню, на Вику и понимаю, что и им созвучнее так. Хотя, на яхту мы так точно не заработаем ))).

 

– Я знаю, что ты сейчас занимаешься онлайн в одной из московских школ, в сфере фитооздоравления. То есть травы, химические формулы – другими словами, это, в общем, фармацевтика. Можешь чуть подробней – кто твои сокурсники, есть ли там экзамены, сертификаты, и, вообще, насколько это всё сложно, и откуда ты берёшь время на это?

  Да. Учиться сложно, потому что есть некоторое погружение в материал, который я куда бы легче восприняла в свои 15 лет, когда закончила школу. Кстати, тогда была эта развилка. И по химии я страдала еще какое-то время. Но все забыто, и мне трудно. Сокурсники в большинстве своем выпускники медицинских ВУЗов и училищ. Терапевты, фармацевты, и так далее. Экзамены идут, я в режиме сдачи, благо, есть возможность переноса. Переживаю, нервы сдают, и все забываю сделать правильный анти-стрессовый чай, хотя это уже простейшее задание J. Сдают не все. И я понимаю, почему. Потому что выданный сертификат, при наличии патента в России позволяет открыть кабинет фитооздоровителя. И этим педагогам, которые ведут школу, очень важна репутация. Конечно, этот сертификат не будет иметь у нас никакой формальной силы (кстати, у нас и школ таких-то и нет))), но для меня он важен, хотя, честно говоря, я не могу сама себе объяснить, чем.

– Мне кажется, что благодаря своему новому занятию ты попала в какой-то совершенно иной мир. В том числе, и люди его населяют другие. Какие они – твои новые коллеги, единомышленники и покупатели ваших продуктов? И, кстати, интересно, кого среди них больше – молодёжи, людей среднего возраста или пожилых?

 – Очень интересные. Люди, сумевшие развернуть свою жизнь на 180, бросить статусы менеджеров, покинуть уютные евро-офисы, встать за столиком на рынке, и кричать «ulei viu!!» – а некоторые из них так и поступили, – они уже по одному этому факту интересные. Ты ведь понимаешь, что произошла переоценка ценностей. Но каких? Почему? Они живые. И не похожие на людей из привычного окружения. Тамара, Дойна, Стела, Натка, Наталья, Коля, Серджиу, Надя, Василий и все из организаторов – это те личности, с которыми наполняешься чем-то особенным, и слов не подобрать, чем именно, но безусловно ценным, и буквально за две минуты общения (на большее времени нет). Многие из участников – тоже теплые, чуткие, умные люди. Мне вообще нравится атмосфера EcoLocal, она радостная. Это и о покупателях, которых не совсем поворачивается язык так называть – тут больше, чем купить.  Они приходят поговорить, поделиться своими радостями, спросить, как дела, подарить что-то.  Там нет политики – я за три года ни разу не слышала ничего о ней. Там нет языковой проблемы, и мне всех наших румыноговорящих покупателей хочется расцеловать за эту поддержку, на каком бы я не рассказывала о наших чаях. До чего же они терпеливы! Там никого не осуждают, и я не слышала сплетен.

Возможно, я идеализирую, но я ТАК вижу. Молодежь преимущественно. Умная, открытая, доверчивая, при этом вдумчивая, и… вот заезженное уже слово, но осознанная. Публика румыноязычная в большинстве своем. Кстати, это наше с Викой давнее наблюдение: русскоязычные наши граждане  чаще выражают недоверие, этакое забавное выражение лица «Че это?? А, да я сам могу, и еще лучше сделаю!». С позицией «не видел, но осуждаю» – это я вспомнила заметку об открытии рынка ЭкоЛокал и обсуждение новости в русскоязычной ветке.  Общее настроение – четвертовать, не вникая в подробности. Заглянула на румыноязычные ветки – там «Ce minunat!». Эксцессы, понятое дело, случаются со всех сторон, и я бы не хотела ни в коем случае сейчас обидеть тех русскоязычных людей, которые давно полюбили и влились в этот мир, – как раз там все одного поля ягоды, невзирая на языки, но все же, по моим ощущениям, наши молдаване и румыны шире открыты экспериментам, и несравнимо больше ценят ручную работу.

 

– В этом новом мире много тех, кто вдохновляет тебя на интервью?

– Их и в старом предостаточно. Вдохновляющих людей, в принципе, очень много.  Но если говорить о новом мире, то там хватает таких, которые в моем понимании стоят выше на ступеньку духовного развития, нежели я и многие мои друзья и знакомые. (в скобках замечу: речь идет не о душевном))

 

– Как думаешь, твой новый образ жизни не вытеснит любовь к слову?

– Хочу думать, что нет. Напротив, очень хочется писать. Тут все упирается во время. И в тараканов. Я так надеюсь, что научусь выкраивать по пару часов в день, или по дню в неделю и раздавать всем товарищам мелки, а сама – писать…))

– Инна, а ты можешь что-то посоветовать или как-то подбодрить тех, кто хочет заняться чем-то новым, но думает, что не готов. Или страшно бросать предыдущее занятие, работу. И, вообще, стоит ли рисковать синицей в руках?

– Не знаю. Наверное, это все зависит от того, чего на самом деле мы хотим. Ведь многие из нас идут по какому-то пути, который ему когда-то навязали, по клише общепринятых ценностей, мама с папой, школа, общество, что-то или кто-то еще. Но если тебе, хотя ты вроде достиг всего, что рисовал в заветном квадрате Карты желаний, все же неуютно, то, наверное, стоит задуматься, почему. Самое сложное, да? Татьяна Черниговская говорит, что этой способностью обладают отнюдь не все люди. И очень многие имитируют этот процесс. Это, конечно, философское. А если вернуться на землю, то ничего не надо бояться. Даже книгу писать, говорю я сейчас себе )

 

Беседовала

Ирина МОГИЛЁВА

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*