Василий Добровольский. О Дон Жуанах…

Василий Добровольский. О Дон Жуанах…

Одной из вершин творчества великого Моцарта является его самая большая и сложная опера «Дон Жуан» на либретто Лоренцо да Понте. По сегодняшний день она пользуется особой популярностью, и поэтому присутствует в репертуаре многих оперных театров мира. Сегодня мы ведём беседу с солистом Одесского Национального Академического театра оперы и балета, лауреатом международных конкурсов, баритоном – Василием Добровольским, трижды исполнившим партию Дон Жуана на различных оперных сценах.

Василий – один из ярких представителей молодой современной оперы. Обладатель насыщенного тембра голоса, сочетающего в себе полную палитру красок звучания, прекрасный актер, заполняющий собой любую сцену. Заставить зрителя верить, полностью погрузившись в мир спектакля, – искусство, подвластное не каждому оперному певцу. Василий – достойный пример обладания этим мастерством.

– Василий, Вы участвовали в трёх разных постановках оперы «Дон Жуан», работали с тремя разными режиссёрами, тремя дирижёрами и тремя составами исполнителей. Поделитесь впечатлениями?

– Я считаю себя счастливым человеком уже потому, что мне выпала такая возможность – реализовать себя в этой партии, в трёх различных постановках. Мой первый Дон Жуан состоялся в моём любимом и родном оперном театре в Одессе, в 2012 году.

Спектакль поставил народный артист России, режиссёр Юрий Александров, а дирижёром-постановщиком является народный артист Республики Молдова, главный дирижёр Одесского оперного театра Александру Самоилэ. Для меня это было очень важно, потому что получить на этапе становления бесценный опыт работы с такими профессионалами – мечта любого артиста.

После работы с Маэстро Самоилэ любые сложности в последующих спектаклях исчезают, так как уже заложены основы стиля, нюансов, самой формы произведения, и ты готов к любым изменениям темпа, характера, видения этой партии в любых других постановках. Постановка в стиле модерн, в переплетении с музыкой Моцарта – это очень интересно и неординарно. Яркое действие, передающее активную драматургию произведения, увлекательно не только для артиста, но и конечно, для зрителя, которого, как мы знаем, еще нужно уметь затянуть в театр.

Зато каким контрастом стало участие в «Дон Жуане» режиссёрской версии Паоло Базизио, поставленном в Государственном Академическом театре оперы и балета имени Абая, в Алма-Ате, Республика Казахстан, в 2013 году.

Этот спектакль выдержан в строгом классическом стиле: от костюмов и декораций до трактовки образов и поведения героев, что позволяло полностью почувствовать себя в эпохе Моцарта и прикоснуться не только к его музыке, но и к его времени. Чтобы соответствовать поставленной задаче, требуется совершенно другое мастерство: начиная от умения носить костюм, обладать определенными манерами и до умения показать своего героя, в целом, совершенно иным образом, нежели, чем в одесской постановке.

 Третье рождение этого образа для меня состоялось в этом году, 9 октября, в оперном театре города Крайова, в Румынии. Поставил этот спектакль режиссёр Пламен Карталов, возглавляющий Государственный театр оперы в Софии, а дирижёр-постановщик – Георгий Станчу. И опять я открываю для себя совершенно другого Дон Жуана. Мы разбирали текст до мельчайших деталей, копали до самой сути, разбирали драматургию, при этом, не оставляя Моцарта.

Даже самый маленький мотив композитора был осмыслен и понят до самого конца, и эти нюансы режиссёр подчеркнул с помощью введения балета. В одесской постановке он тоже присутствовал, что само по себе не стандартно – когда оперный певец работает с балетом. Но для маэстро Карталова балет заполняет определённые смысловые пробелы и усиливает то, что есть. Спектакль благодаря такому подходу насыщается, появляется множество задач, чему я был только рад – это помогло мне также пересмотреть отношение Дон Жуана к другим героями и почувствовать более крепкую сюжетно-психологическую связь с ними.

Очень приятно было работать с маэстро Станчу: для него первоначальным является точное следование стилю Моцарта, соответственное звуковедение, нюансы, грамотность, а не напор силы голоса. И я искренне порадовался, когда услышал от него фразу: « Я рад, что Вы работали с хорошим дирижёром», – имея в виду Александру Самоилэ. Состав исполнителей в Румынии – интернациональный; все молодые, активные, талантливые, красивые и «жадные» до работы в самом лучшем смысле этого слова. Мы работали «взахлёб». У меня осталось самое тёплое впечатление об этой работе.

 Все три Дон Жуана не похожи друг на друга, но я рад, что мне представилась возможность прожить три раза этот спектакль. Ведь, если даётся возможность жить, её нужно принять как дар.

 – Оперу «Дон Жуан», называют оперой опер Моцарта. Как вы считаете, почему?

– Это действительно «жемчужина» моцартовского репертуара! Самое великое творение, в первую очередь, потому, что он в эту оперу вложил, если можно так сказать, самого себя, а герой Дон Жуана – это сам Моцарт. Эта опера не похожа ни на одну другую его оперу ни по драматургии, ни по форме. Совершенно потрясающее музыкальное полотно, которое не нуждается в подтверждении своего величия и уникальности.

 – Одним из лучших и знаменитых исполнителей Дон Жуана считается итальянский баритон XX века Чезаре Сьепи. Каково ваше отношение к творчеству этого мастера, и соответствует ли он вашему идеалу?

– Могу совершенно искренне сказать, что я обожаю этого Мастера, и в своё время, готовясь к этой партии, я его часто слушал и пересматривал его спектакль. Я считаю его тем Дон Жуаном, которого, скорее всего, хотел видеть сам Моцарт – и по своему звучанию, ведь у него был густой тембр голоса бас-баритон, каким его задумал Моцарт, и по своей актёрской интерпретации. Маэстро Сьепи – яркий артист с мощной энергетикой.

 – Насколько легенда о Дон Жуане, его образ, актуальны для сегодняшнего дня? И нужны ли современные постановки этого произведения?

– Начнём с того, что у каждой эпохи, у каждого времени и поколения есть свой Дон Жуан. Это является некой закономерностью. Когда-то давно появился не просто герой-любовник, а явление, которое называется «Дон Жуан», и оно вечное. Я думаю, что в каждом мужчине это живо, каждый, обладая мужским обаянием, является частью этого явления, другое дело, кто и как умеет это в себе развить и этим пользоваться, или же, наоборот,  подавить. Что касается постановки, то наше время нужно трактовать классику в требованиях сегодняшнего дня. Стили модерн и авангард  способны привлечь нынешнюю публику в театр, а самое главное, молодёжь.

– А как бы Вы сформулировали  Ваше личное отношение к музыке Моцарта, и к партии Дон Жуана, в частности?

– Я очень люблю музыку Моцарта, люблю эту партию, и мне кажется, что на данном этапе моей оперной жизни это именно та музыка, с которой мне нужно работать. Мой уровень позволяет её петь, но, самое важное, я люблю петь эту музыку, и получаю от неё массу удовольствия. Кроме того, многим известно, что музыка Моцарта является неким «врачом» для певца, решает какие-то вокальные проблемы за счёт своей многогранности, её удобно петь, и каждый раз ты открываешь для себя что-то новое. Но советую и начинающим певцам считаю петь Моцарта, как, впрочем, старинную музыку, в целом.

– В литературе можно встретить разные трактовки этого героя. Так, например, немецкий драматург Граббе сравнивал Дон Жуана с Фаустом и пытался связать судьбу обоих героев; у Байрона Дон Жуан весьма пассивная личность, а опера Моцарта трактует совершенно иной образ. Какой, по-Вашему, близок к истине?

– Что касается оперы, то образ и трактовка героя Дон Жуана зависит целиком от режиссёра и его видения. Когда он берётся за этот материал, ему нужно взять что-то за основу, а ею является сам герой. Каким он будет, в какое время, в какой форме, каким его представить перед публикой – это полностью решение режиссёра. Как творец, он вносит свою концепцию в произведение и преподносит образ по-своему.

Кто-то способен выставить его жертвой всех обстоятельств, терзающимся сомнениями и ищущим чего-то идеального; кто-то показывает его героем-любовником, мастером обольщения женщин, в совершенстве овладевшим пониманием женской психологии; а для кого-то он полностью отрицательный герой, коварный соблазнитель, авантюрист, обманщик и злодей. И каждый из образов имеет право на существование, потому что у каждого режиссера – своё мировоззрение.

 Лично на мой взгляд, этого героя отличают следующие черты: он не может быть грубым, он является действительно знатоком женщин, способным без труда расположить к себе любую даму, он чертовски обаятелен и способен дать каждой именно то, что она от него ждёт. Это основное для меня в работе с этой партией, ведь, как показал мой опыт, каждый раз я нахожу что-то упущенное ранее или делаю какие-либо новые открытия, стараясь совершенствовать мою интерпретацию от спектакля к спектаклю.

Это всё-таки многогранный герой, его нельзя трактовать однозначно, и мы не можем его обрисовать в один-единственный «оттенок». Вспомним отрывок из «Валенсианской вдовы» Лопе Де Вега: «Когда на глади полотна художник ночь изображает, хоть луч он все же оставляет, чтоб эта ночь была видна».

Всегда будут разные Дон Жуаны, и каждая эпоха будет диктовать ему свои правила. Останется разве что сама идея…

Изабель Лалла  Кейта

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Inline
Inline