Этнологи

Этнологи

Кто мы? Чьи? Где наши корни? Как далеко они тянутся? Где наши следы, а где – не наши, как сильно они переплелись, и почему теряются? Это – если обобщать основные темы, которые обсуждались на Международной научной конференции «ЭТНОЛОГИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ: КОНЦЕПЦИИ, ТЕНДЕНЦИИ И ПОДХОДЫ», прошедшей в молдавской столице в мае.

 

В форуме, прошедшем при поддержке МФГС стран-участниц СНГ, приняли участие Институт культурного наследия  Академии наук Молдовы,  Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера), Российской академии наук,  Институт лингвистических исследований, Российской академия наук, Институт этнологии Национальной Академии наук Украины; сто ученых из пяти стран  – Армении, Беларуси, Российской Федерации, Украины и Молдовы.

 

 «Общение с иконой как апроприация силы: от истоков до современных практик», «Традиционная женская одежда албанцев Буджака и Приазовья: прошлое и настоящее», «Проблемы образования ромов (цыган) в свете современной этнологии и лингвистики», «Музейные коллекции в борьбе за гору Кинабалу: современный контекст дусунских предметов и фотографий из экспедиции А. Грубауэра 1911 г.»,  «Изучение влияния климатических изменений на этнодемографическое развитие финно-угорских народов»,  «Молдавские, костромские, приморские старообрядцы: исторические и региональные особенности культуры», «Магические земледельческие обряды с плугом среди славянского и романского населения Буковины (Черновицкой области Украины)», «Ритуал столоверчения в сельских практиках и нарративах: универсальное, региональное, этническое» – это лишь малая часть докладов, прозвучавших на конференции.

 

Для Института культурного наследия АН Молдовы организация такого форума – первый опыт. О том, как он прошел, рассказывает кандидат исторических наук, научный сотрудник Центра Этнологии, начальник отдела «Общие проблемы этнологии» Института культурного наследия АНМ Наталья Грэдинару.

 

— Наталья, «этнологическое наследие» кажется очень широким и многогранным понятием. А можно попросить Вас очертить круг: что все же в него входит? Этнография, к примеру, его часть? Что-то еще?

— Этнологическое наследие – в первую очередь, научное наследие, то, которое накопилось за последние века изучения материальной и духовной культуры разных народов. В том числе, это история этнологической мысли, кроме того, это все те элементы культурного наследия, которые сохранились и дошли до нас.

 

На наш взгляд, понятия этнография и этнология составляют одно целое. Просто, начиная с 1990 года, термин этнология сменил этнографию, а ученые стали разделять их, под термином этнология подразумевая сравнительное историческое изучение народов и культур в окружающей их среде (теоретический подход), а этнографию считая прямым наблюдением над организацией или малым обществом, а также письменное описание (описательный подход).

 

— Нынешняя конференция для Молдовы в определенном смысле уникальна – до сих пор подобные мероприятия для этнологов у нас не проводились. Прослушала часть докладов, внимательно изучила программу. Она показалась мне на редкость насыщенной и разнообразной. Это хорошо? Услышали ли участники друг друга?

— Да, мы старались составить программу так, чтобы она была насыщенной и разнообразной. И, конечно, это хорошо, это то, к чему стремятся организаторы многих конференций. Собственно, ради этого такие форумы и устраиваются – для обмена идеями, взаимообогащения. Участники чувствуют себя частью большой научной общности, размываются границы между странами, стирается острота политических проблем. Несмотря на то, что часть работы конференции происходила в пяти секциях, участники старались прослушать как можно больше интересующих их докладов, и поэтому нередко переходили из одной секции в другую. Однако, конечно, не объять необъятного.

Конференция подобного рода у нас, действительно, проводится впервые, до этого практики проведения форума в рамках проекта в Институте не было. Поэтому мы, как любые первопроходцы, столкнулись с некоторыми трудностями организационного характера. Мы были поставлены в такие условия, когда надо вовлекать в проект партнеров в ряде стран, с которыми у нас до сих пор не было прочных научных связей. Кстати, пользуясь случаем, хотелось бы поблагодарить их за то, что они доверились нам и поверили в успех нашей конференции.

 

Мы очень надеемся продолжить профессиональное общение на будущих форумах, которые состоятся, возможно, тоже при поддержке столь значимого фонда, как МФГС.

 

 — И все же, при таком, как Вы сами признаете, разнообразии, не сложно ли обозначить общую, единую цель конференции?

— Целью Международной научной конференции Этнологическое наследие: концепты, тенденции и подходы, реализованной при поддержке МФГС, являлось сотрудничество исследователей стран СНГ в области этнологии и культурной антропологии, интеграция и координация междисциплинарных усилий в исследовании актуальных проблем этнологической науки и определении перспектив ее развития, сохранение и передачи этнологического наследия.

— Наталья, а были ли доклады, которые, может, особо впечатлили научную аудиторию?

— Трудно что-то выделить – каждый из представленных докладов был важен и интересен по-своему. Их авторы отличаются высокой научной подготовкой, преданностью науке. Пожалуй, отвечая на Ваш вопрос, можно выделить один из докладов, который вызвал наибольшую обратную связь, заинтересовав большинство участников, задававших около двух десятков вопросов. Как нам кажется, в таком восприятии, немалую роль сыграла и харизматичность самого исследователя, его способ представления доклада.

Это Дмитрий Антонов, канд. ист. Наук (Школа актуальных гуманитарных исследований Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ, Российский государственный гуманитарный университет) с докладом Общение с иконой как апроприация силы: от истоков до современных практик. Повторюсь, это был очень интересный доклад.

— Задам наивный, обывательский вопрос, и все же. Почему важно изучать и сохранять, наше или чье-то другое, «этнологическое наследие»? Не физика, не химия, не биология и даже не совсем история. Скажем, если идти от обратного и предположить, что нет такой науки – и, соответственно, изысканий на тему. Чем бы это было чревато?

— Это важно потому, что позволяет транслировать традиции, обычаи, ценности, установки от поколения к поколению, что способствует сохранению идентичности. И если эта взаимосвязь будет прервана, нарушится преемственность поколений, исчезнут этнические особенности, этнические разнообразие, вплоть до того, что народы растворятся друг в друге. Этнология позволяет разобраться во многих проблемах, связанных с самобытностью этноса, происхождением его обычаев, соотнесенностью его верований и ценностей c определенным пространством и временем. К сожалению, в последнее время многие традиции утрачиваются, уходят из жизни и их носители…

—  Кажется, что эти темы – традиции, культура этносов – так пристально изучены, что вряд ли какие-либо открытия возможны на сегодня.

— Начнем с того, что никогда нельзя говорить о полной изученности даже того или иного аспекта научной проблемы, тем более нельзя говорить о полной исчерпанности круга проблем той или иной науки.

 

Надо отметить, прежде всего, что сами этнические процессы продолжают развиваться. Они никуда не делись. Многим кажется, что этнология занимается только прошлым. Это, конечно далеко не так. Развивается этнос – развивается и его культура. И это требует своего изучения. Тем более, что на каждом новом этапе появляются новые методы и подходы. То есть, изменяется и объект исследования, и способы его изучения.

 

В последнее время стали проводиться обширные междисциплинарные исследования – на стыке этнологии и психологии, социологии, лингвистики и даже физики, химии, медицины, фармацевтики и т. д. Это позволяет прояснить многие реалии, которые прежде считались иррациональными и даже классифицировались как суеверья.

Неправильно было бы также считать, что в прошлом все было полностью изучено. Многие аспекты остались вообще не затронутыми, например, народная медицина, некоторые семейные обычаи, ряд ремесел и традиционных занятий, методы традиционного воспитания и т. д.

 

Можно привести такой пример. На нашей конференции один из докладов вызвал бурную дискуссию. Он освещал сведенья, связанные с одним несостоявшимся проектом – «Историко-этнографический атлас Молдовы», который планировалось реализовать еще в 70-80-е годы прошлого века. Это был период расцвета этнографии Молдовы. Почему же проект не состоялся? Ответ прост: для осуществления столь масштабного проекта не хватало исследователей, чтобы осветить все необходимые аспекты и области. Это о прошлом. Теперь о настоящем. Существует множество новых проблем, возникающих в обществе и ожидающих своего изучения. Например, массовая миграция наших сограждан, наблюдающаяся в последнее время. Это поднимает целый ряд теоретических проблем, настоятельно требующих решения, так как они меняют весь социально-культурный контекст существования этноса. Перед этнологами встает вопрос о выдвижении новых методов по сохранению культурного кода, по передаче потомкам традиции предков.

Надо сказать, что между прошлым, настоящим и будущим очень много связующих звеньев. Кто бы мог подумать еще лет 50 назад, что в связи с экономической ситуацией в наши дни люди будут обращаться к древним экологическим способам предков по строительству, питанию, лечению.

 

— То есть, можно ли говорить о всплеске интереса к этой теме? Если да, то почему?

— Несомненно. Человек, теряющий свою идентичность в наше непростое время, неизбежно обращается к своим исконным корням, интуитивно ищет опору в традиционных символах и ценностях, традиционном образе жизни. Сейчас даже можно нередко встретить невесту в традиционном наряде.

Например, в наши дни наблюдается небывалый интерес, в том числе, обусловленный результатами этнологических исследований и попытками их продвижения к традиционному костюму, ткачеству, народным промыслам и т.д. Это, конечно, позволяет не угаснуть традиции и способствует продвижению культурного продукта, развитью этнотуризма, а, в конечном итоге, оказывает существенное позитивное влияние на экономику страны.

 

— Я прекрасно понимаю, что вопрос не к этнологам, но все же, как Вам кажется, что сегодня все-таки сильнее – глобализация, стирание границ и отличий, или возврат к корням, всплеск национального самосознания? И как они могут сочетаться?

— Процессы, о которых идет речь, происходят параллельно. Сам процесс глобализации далеко не нов, но тоже переживает в наши дни своеобразный всплеск. Это не могло не вызвать ответную реакцию со стороны носителей традиционных культур, которые всеми силами противостоят культурной унификации, стиранию границ и различий. В этом им большую поддержку оказывают международные организации, особенно ЮНЕСКО.

 

Что касается части Вашего вопроса о сочетании глобализации и всплеска национального сознания, то следует отметить, что, на мой взгляд, они не являются непримиримыми врагами. Подтверждение этого, в частности, содержится в том, что носители традиционного сознания вполне успешно пользуются таким продуктом глобализации, как Интернет. И это не единственный пример.

 

А если обратится к прошлому, то мы увидим, как обмен культурными ценностями постепенно приводил к тому, что они становились общечеловеческим достоянием: арабские цифры, китайские чернила, римское право и т.д.

— Полиэтничность в Молдове – как она влияет на развитие нашего государства? Наша разность традиций, культур, историй – она нам во благо, или, может, гораздо легче строить жизнь в государстве, в котором существенно преобладает один этнос?

— Хотя в Западной Европе идея полиэтничности, мультикультурности переживает не лучшие времена, столкнувшись с целым рядом трудностей, нельзя отрицать ее позитивное начало. Кстати, отметим, между прочим, в связи с вопросом о необходимости изучения этнических, этносоциальных и этнодемографических процессов: если бы указанные процессы своевременно стали бы предметом этнологических исследований, многих негативных последствий удалось бы избежать.

 

Любое разнообразие всегда имеет свои преимущества. В этом нам надо учиться у природы, в которой гармонично сосуществуют множество видов. Если же оставить только один – он деградирует. Идея монокультурности, получившая свое применение в 20-30-е годы XX века, потерпела полный крах.

 

Для полиэтнического общества характерно взаимно культурное обогащение. И это, как мне кажется, его большой плюс. Когда в полиэтничном государстве происходит обмен достижениями культуры, это, несомненно положительно влияет на его развитие, служит на благо его населения. В Молдове это очень хорошо видно, в частности, на примере традиционной системы питания, в которой удачно сочетаются блюда населяющих страну этносов.

Другое дело, что полиэтничность хороша до тех пор, пока она следует определённым законам, и этносы, сохраняя свою культуру, и уважая другие культуры, стремятся к целостности государства, как общего дома для всех этносов.

 

— И, подводя итог, Наталья, Вы, как представитель организующей стороны, довольны результатами форума?

— Конечно! Нам, организаторам, хотелось бы верить, что в результате конференции повышен уровень академического обмена в национальном и международном плане, а материалы конференции, поступая в научный и информационный оборот, ознакомят читателей с достижениями и результатами этнологических исследований, с общими чертами и особенностями определенных этнокультурных зон, связанных с этногенезом, взаимовлияниями и так далее. Для чего – это, надеюсь, из нашего разговора, уже очевидно.

 

Фото Раиса Осадчи и Адриан Долгий

 

Беседовала Инна ЖЕЛТОВА

 

 

 

Благодарим за предоставленный материал информационное издание МФГС и Совета по гуманитарному сотрудничеству государств-участников СНГ «ФОРУМ». Оригинал и другие материалы издания можно просмотреть здесь: http://mfgs-sng.org/local/images/mfgs/forum_03_2017_web_pdf_1498481074.pdf

 

 

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Inline
Inline