Мой Тассос

Мой Тассос

Тассос   Овсянка: 2,22х15 = 33,3 Рис белый: 7,79 х 16 пачек= Рис обжаренный: 8, 63 х 16 пачек= Какао-порошок: 7,74 х 2 кило = Уксус столовый: 1, 80 х 1 литр Фасоль консервированная: 1,19 х 10 банок ……………………………….. Вообще-то, мой дневник с зарисовками должен был начинаться совсем по-другому. Не банально, но все же нежно-коралловый закат обязан был отражаться в лазурной глади воды.   Чайки, само собой, парили. Теплый песок нежно обнимал щиколотки. Но правда жизни заключается в том, что моя общая тетрадь, с отретушированной Венецией на обложке, предназначенная для закатов и чаек, предоставила свой первый лист под подсчеты. Мы сидели с домнулом Владимиром на еще неоплаченных пластмассовых стульях из набора для летней террасы, перед кассами «Метро» в болгарском Велико Тырново, он – с калькулятором, я – со списком. У полок с шампунями и стиральными порошками сидела, тоже с калькулятором, сосредоточенная Ира. Она справлялась сама. В ее списке значились куры, разными их частями, говяжьи и свиные шейки, масло сливочное 10 кг, сардельки, колбаски, и  много чего еще, вкусного, – спустя три часа прогулок по «Метро» я нагуляла аппетит. Затем мы еще долго нервировали кассиршу, покупая по мере пробивания новых сумм еще и еще пакеты, а также, одну за одной, термосумки. Наконец, шесть тележек, груженных мебелью, моющими средствами, снедью, – каждому в руки – тронулись к парковке. «Заметь, Инчик, ты взялась, как настоящая хозяйка, за ту, где картошка и морковка с луком!» ­­– веселилась Ира. ххх Про дневник – эффекта ради. Он вообще не должен был начинаться. Я нарезала рукколу и кинзу на грядке в тот вечер, когда Ира с Володей вдруг из общей приятной болтовни выходного дня вытащили – аккуратно так, чтобы обошлось без обмороков, как бы невзначай, вопрос.  А можно ли попросить Юру, помочь им на Тассосе, поставить лагерь? Я перестала дышать. Я вдруг со всей очевидностью поняла, что очень-очень хотела ставить лагерь. Там, на Тассосе. Что это было моим давним, жарким, уже одревесневшим желанием, которое только из деликатности к моим реальным планам не царапало душу. Но звали не меня – Юрку, какой толк от меня? Что я умею делать топором и ножовкой, молотком и дрелью? Подносить – да, но разве это повод? Пока я пять минут радовалась за Юрку и страдала о себе, Ира так же аккуратно, как и в первый раз, выудила из бездны своей многоходовой игры следующее предложение. Мол, совсем  стесняюсь спросить, но вообще, было бы чрезвычайно здорово, если бы и ты с нами: «А я бы попросила тебя приготовить что-то пару раз – я же буду, скорее всего, занята, а есть-то надо будет…».   Мой внутренний повар кувыркнулся от восторга, дав заодно пинка застенчивому начинающему писателю.  Желтова!!! Это остров! Море! Песок! Чайки! Закаты! Да и все остальное, с чего можно стартовать без боязни – море и песок любят все, особенно если лето, и город растекается от жары, стеная об отпуске. ХХХ … Дорога к Тассосу петляла,  на поводу у обстоятельств, и сбивая GPS-навигатор. В...

Далее

Lumea lui Zaharia, la Librăria din Centru

Lumea lui Zaharia, la Librăria din Centru

Joi, 2 noiembrie crt, la ora 18.15, la Librăria din Centru (bd. Ștefan cel Mare, nr.126) din Chișinău, va avea loc lansarea albumului  Lumea lui Zaharia, apărut la Editura Cartier în colecția Art, coordonată de Vitalie Coroban. Preț copertă: 119 lei. Preț promoțional în ziua lansării: 95 lei. Sesiune de autografe. Alături de Nicolae Pojoga, coeditorul albumului, vor participa: Iulian Fruntașu Lică Sainciuc Mihai Dohot  Moderator: Em.Galaicu-Păun „Aceste imagini sugestive aruncă o lumină abundentă asupra a ceea ce reprezintă până acum o fereastră întunecată în viața cetățenilor sovietici, care au fost supuși unor represiuni dure. Mariajul lui Zaharia Cușnir cu arta și documentarul ne oferă o moștenire impresionantă, le­ga­tă de  o realitate dispărută, o șansă rară  de a ne revedea trecutul. ” (Tyrone Shaw,  profesor asociat de scriere creatoare și literatură la Universitatea din Vermont de Nord, SUA)   Fotograful de excepţie ZAHARIA CUȘNIR (1912 – 1993) a apucat patru epoci istorice distincte, abrupte şi total incompatibile: copilăria în cadrul Imperiului Rus, adolescenţa şi tinereţea în România Mare; apoi ceea ce numim „Floarea vârstei” a trăit-o dramatic în cele două veniri (1940 şi 1944) ale sovieticilor, cu întreg tacâmul oribil al foametei, colectivizării forţate şi al unei ideologii delirante. Agonia şi moartea l-au prins în soiul de dezgheţ care s-a produs după 1989, neclar şi irelevant pentru zbuciumata sa viaţă. Provine dintr-o familie cu mulţi copii, fiind mezinul (al şaisprezecelea) din tatăl Iacob Cuşnir (n. 1870) şi mama Ana, de proveniență germană. A făcut şcoala primară în satul vecin Rogojeni, comună istorică din stânga râului Răut, familia fiind stabilită în Climăuţi (actualul Roşieticii Noi) de pe malul opus, localități unite cu o punte funcţionabilă şi azi.  Din căsătoria cu Daria a avut patru copii, doi dintre ei (fiicele Viorica și Ioana) i-au fost şi elevi la şcoala primară de după 1944, unde fusese, în mod miraculos, acceptat în calitate de învăţător. Se întâmpla pe timp de foamete şi, probabil, graţie vigilenţei suprasolicitate a autorităţilor atotvăzătoare de după război. Nu a durat multă vreme – dovada de studii la un liceu pedagogic din Iaşi („Vasile Lupu”?) fiind în cele din urmă inutilă, şi chiar periculoasă pentru rigorile din învățământul de atunci. Din puţinele hârtii ce s-au păstrat vedem cererea de înscriere la şcoală, redactată şi ajustată limbajului de lemn al epocii, un tabel cu exerciţii în caractere rusești, probe de calcul elementar pentru clasele primare. Alte documente şi petice de hârtii fac dovada zbuciumului dintre viaţă şi moarte al celor mai mulţi: cartele de pâine, chitanţe cu interminabile cote obligatorii către stat. Halucinantă pare astăzi predarea în calitate de impozite agricole a 20 de ouă, 47 kg de porumb, 59 kg de orz sau 31 kg de grâu. Incredibilă subscrierea „benevolă” la împrumutul de stat. Incredibile şi înscrisurile în carnetul de muncă a colhoznicului Zaharia Cuşnir:   Săpat pământ îngheţat/ Salahor la zidit/ Scos piatră/ Cărat lut 1 km./ Aruncat pământ/ Stricat zid/ Mânat vite…  ...

Далее

Этнологи

Этнологи

Кто мы? Чьи? Где наши корни? Как далеко они тянутся? Где наши следы, а где – не наши, как сильно они переплелись, и почему теряются? Это – если обобщать основные темы, которые обсуждались на Международной научной конференции «ЭТНОЛОГИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ: КОНЦЕПЦИИ, ТЕНДЕНЦИИ И ПОДХОДЫ», прошедшей в молдавской столице в мае.   В форуме, прошедшем при поддержке МФГС стран-участниц СНГ, приняли участие Институт культурного наследия  Академии наук Молдовы,  Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера), Российской академии наук,  Институт лингвистических исследований, Российской академия наук, Институт этнологии Национальной Академии наук Украины; сто ученых из пяти стран  – Армении, Беларуси, Российской Федерации, Украины и Молдовы.    «Общение с иконой как апроприация силы: от истоков до современных практик», «Традиционная женская одежда албанцев Буджака и Приазовья: прошлое и настоящее», «Проблемы образования ромов (цыган) в свете современной этнологии и лингвистики», «Музейные коллекции в борьбе за гору Кинабалу: современный контекст дусунских предметов и фотографий из экспедиции А. Грубауэра 1911 г.»,  «Изучение влияния климатических изменений на этнодемографическое развитие финно-угорских народов»,  «Молдавские, костромские, приморские старообрядцы: исторические и региональные особенности культуры», «Магические земледельческие обряды с плугом среди славянского и романского населения Буковины (Черновицкой области Украины)», «Ритуал столоверчения в сельских практиках и нарративах: универсальное, региональное, этническое» – это лишь малая часть докладов, прозвучавших на конференции.   Для Института культурного наследия АН Молдовы организация такого форума – первый опыт. О том, как он прошел, рассказывает кандидат исторических наук, научный сотрудник Центра Этнологии, начальник отдела «Общие проблемы этнологии» Института культурного наследия АНМ Наталья Грэдинару.   — Наталья, «этнологическое наследие» кажется очень широким и многогранным понятием. А можно попросить Вас очертить круг: что все же в него входит? Этнография, к примеру, его часть? Что-то еще? — Этнологическое наследие – в первую очередь, научное наследие, то, которое накопилось за последние века изучения материальной и духовной культуры разных народов. В том числе, это история этнологической мысли, кроме того, это все те элементы культурного наследия, которые сохранились и дошли до нас.   На наш взгляд, понятия этнография и этнология составляют одно целое. Просто, начиная с 1990 года, термин этнология сменил этнографию, а ученые стали разделять их, под термином этнология подразумевая сравнительное историческое изучение народов и культур в окружающей их среде (теоретический подход), а этнографию считая прямым наблюдением над организацией или малым обществом, а также письменное описание (описательный подход).   — Нынешняя конференция для Молдовы в определенном смысле уникальна – до сих пор подобные мероприятия для этнологов у нас не проводились. Прослушала часть докладов, внимательно изучила программу. Она показалась мне на редкость насыщенной и разнообразной. Это хорошо? Услышали ли участники друг друга? — Да, мы старались составить программу так, чтобы она была насыщенной и разнообразной. И, конечно, это хорошо, это то, к чему стремятся организаторы многих конференций. Собственно, ради этого такие форумы и устраиваются – для обмена идеями, взаимообогащения. Участники чувствуют себя частью большой научной общности, размываются границы между странами, стирается острота политических проблем. Несмотря на то, что часть работы конференции происходила в пяти секциях, участники старались...

Далее
Страница 1 из 3512345...102030...Последняя »
Inline
Inline